Глава I Австралия и Канада в современном мире

australia-and-canada-pic.jpg

Предлагаем Вашему вниманию первую главу из сборника "Австралия и Канада"

Поскольку книга была издана в 1984 году, то некоторые данные могут быть устаревшими. - прим. AussieTeller

ГЛАВА I

АВСТРАЛИЯ И КАНАДА В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ

К настоящему времени заметно возросло значение Канады и Австралии в мировой экономике и политике. Две эти страны разделены десятками тысяч километров, расположены в разных полушариях и климатических зонах, обладают неодинаковыми экономическими потенциалами, государственно-политическими и национальными структурами. Вместе с тем их объединяют сходство исторического развития и сопоставимость теперешнего положения в экономической, политической и военно-стратегической системе империализма. Параллельное рассмотрение экономического и политического развития двух этих государств позволяет лучше уяснить его характерные особенности и тенденции.

Канада и Австралия проделали сходный исторический путь: от переселенческой колонии Великобритании, а затем доминиона до суверенного государства. На протяжении многих десятилетий они развивались как «заморские продолжения» британского капитализма. Длительный процесс «отпочкования» канадского и австралийского монополистического капитала от британского и становления этих новых капиталистических держав завершился только после второй мировой войны. Тем не менее во взаимоотношениях Канады и Австралии с бывшей метрополией до сих пор сохраняются элементы «традиционной» близости. Отражением этого, в частности, является членство той и другой в Содружестве, возглавляемом Великобританией.

В наши дни Канада и Австралия входят в первую десятку капиталистических держав. Более того, Канада — член «семерки» (США, Япония, Великобритания, ФРГ, Франция, Италия и Канада) — своего рода закрытого клуба «лидеров» капиталистического мира.

Две эти экономически высокоразвитые страны играют значительную роль в мировом капиталистическом хозяйстве. Весьма велика их доля в промышленном производстве и экспорте капиталистического мира. Валовой национальный продукт Канады (в 1982 г.) превысил 350 млрд, долл., Австралии — 158 млрд. долл. 1

page-08

Особенно высокого уровня развития экономики достигла Канада. Согласно подсчетам американских экономистов, в конце 70-х годов производство товаров и услуг на душу населения этой страны составляло 88 % от уровня США2.

Значительно уступая Канаде по важнейшим экономическим показателям, Австралия тем не менее представляет собой крупную величину в рамках мировой капиталистической экономики, а в азиатско-тихоокеанском регионе по экономической мощи является второй (после Японии) капиталистической страной. Ее производство товаров и услуг на душу населения составляло в конце 70-х годов 67 % уровня США 3.

Абсолютные размеры промышленного производства, ВНП и общий экономический потенциал Канады и Австралии не дают, однако, полного представления об их значении в мировой экономике и политике. Чрезвычайно важным фактором, повышающим их вес и резко выделяющим их из числа других капиталистических государств «второго ранга», таких, например, как Испания, Нидерланды, Швеция, является то, что эти государства со сравнительно небольшим населением (соответственно 25 млн. и 15,5 млн. человек) обладают гигантскими территориями с богатейшими природными ресурсами. Канада, площадь которой около 10 млн. кв. км, занимает второе место в мире после Советского Союза по размерам территории; Австралия

page-09

(площадь — 7,7 млн. кв. км) — «государство-континент». В. И. Ленин в свое время видел в монопольном обладании гигантской территорией характернейшую черту австралийского империализма 4. В хозяйственные сферы двух государств входят также огромные участки Мирового океана («200-мильная экономическая зона»). Сами размеры территорий и экономических зон представляют собой чрезвычайно важные активы канадского и австралийского империализма.

По запасам минерального сырья и энергоресурсов Канада и Австралия занимают ведущие места в капиталистическом мире. В самое последнее время в Канаде открыты новые крупные месторождения нефти, природного газа, урана; в Австралии — урана, каменного угля, алмазов (по оценкам специалистов, австралийские месторождения алмазов богаче южноафриканских и широкая их разработка, начало которой ожидается с середины 80-х годов, может в корне изменить положение на мировом рынке алмазов). Обе страны — важнейшие поставщики минерального сырья и энергоресурсов на мировой рынок.

Среди развитых капиталистических стран Канада в наибольшей степени обеспечена собственными энергоресурсами, прежде всего нефтью, природным газом, ураном. Велики возможности страны в области развития гидроэнергетики. В настоящее время в провинции Квебек на площади, равной территории Великобритании, строится крупнейший в Северной Америке гидроэнергетический комплекс «Гидро-Квебек», который по завершении строительства первой очереди (мощностью 11,4 тыс. МВт) в ближайшие годы будет не только обеспечивать потребности в электроэнергии Квебека, но и поставлять ее в другие провинции, а также в США. Следует отметить, что прежде всего за счет канадских энергоресурсов США рассчитывают разрешить свои возрастающие энергетические проблемы.

Ожидается, что к концу 80-х годов Австралия превратится в самого крупного в мире экспортера каменного угля (оценки вероятных размеров экспорта колеблются от 100 млн. до 180 млн. т; в 1981 г. было экспортировано свыше 50 млн. т) 5. В целом, по прогнозам западных экономистов, ежегодный экспорт энергоносителей (уголь, урановый концентрат, сжиженный природный газ) с Австралийского континента к 1990 г. будет эквивалентен примерно 300 млн. т нефти 6. Не случайно известные «семь сестер» (главные международные нефтяные монополии), которые, по утверждению западных экспертов, рассматривают каменный уголь как «топливо будущего», уделяют особое внимание Австралии и активно включились в борьбу за контроль над ее угольными месторождениями 7. Канада занимает первое место в капиталистическом мире по экспорту никеля, цинка, серебра, платины, асбеста, бумаги и целлюлозы; Австралия — по экспорту железной руды, бокситов и глинозема, свинца, рутила.

Велика роль двух стран в мировом сельскохозяйственном производстве. Обе они выступают как крупнейшие экспортеры кормовых культур, пшеницы, мяса, масла, шерсти. При этом они обладают значительными возможностями расширения сельскохозяйственного производства, и прежде всего производства продовольствия. Западные экономисты характеризуют Канаду и Австралию как «великие продовольственные державы».

Обострение энергетической, сырьевой и продовольственной проблем влечет за собой усиление роли Канады и Австралии в мировой капиталистической экономике. Обе они служат важнейшими источниками минерального и сельскохозяйственного сырья, энергоресурсов и продовольствия для многих капиталистических государств, в первую очередь США и Японии. Стратеги империализма рассчитывают помимо всего прочего использовать наличие канадского и австралийского резервуаров сырья и энергоресурсов как рычаг давления на развивающиеся страны — производители нефти и сырья.

В отличие от других развитых капиталистических стран в Канаде и Австралии сохраняются значительные возможности развития капитализма «вширь» за счет хозяйственного освоения новых территорий. Монополии США, Японии и других главных капиталистических держав рассматривают Канаду и Австралию как своего рода «Дальний Запад» современного капитализма.

Канада и Австралия — страны государственно-монополистического капитализма. В них действуют собственные национальные монополии, национальная финансовая олигархия. Некоторые из этих монополий по своей мощи сопоставимы с японскими и западноевропейскими, а пятерка крупнейших канадских банков сопоставима с крупнейшими американскими. Обладание огромными хозяйственными территориями усиливает монополистический капитал Канады и Австралии, укрепляет позиции канадских и австралийских монополий в межимпериалистической борьбе. Они активно претендуют на свое «место под солнцем».

Экономический рост двух этих капиталистических держав, их минеральные богатства, возможности расширения промышленного и сельскохозяйственного производства способствуют тому, что буржуазные экономисты и политики дают несколько завышенные оценки их места в мировой экономике и перспектив экономического развития. Канада уже характеризуется как «малая великая держава». Что касается Австралии, то в некоторых западных прогнозах утверждается, что к началу будущего века пятый континент превратится в один из важных «полюсов» экономической мощи в мире 8.

При всем этом в системе мирового капиталистического хозяйства Канада и Австралия занимают в настоящее время особое, неравноправное по отношению к главным капиталистическим державам, прежде всего США, Японии, а также Великобритании, положение. Обе они служат объектами экспансии монополий этих держав. По степени иностранного контроля над экономикой Канада занимает первое место среди развитых капиталистических стран, Австралия — второе (в первом случае речь идет о контроле со стороны прежде всего американского капитала, во втором случае — американского и английского). В обоих случаях мы имеем дело со сложившимся национально обособленным империализмом, с капиталистическим государством, обладающим высокоразвитой экономикой и собственной финансовой олигархией, при сохранении (и даже усилении) элементов зависимости от упомянутых держав. Эта зависимость оказывает негативное деформирующее воздействие на канадскую и австралийскую экономику, ведет, в частности, к замедленному развитию обрабатывающей промышленности, к технологическому отставанию. Характеризуя американо-канадские отношения в хозяйственной сфере, английская газета «Таймс» отмечала «неумолимое сползание Канады к превращению в страну с «подсобной», как ее называют канадцы, экономикой» . С подобной же проблемой сталкивается и Австралия. В этом случае вырисовывается реальная угроза превращения страны в «экономического сателлита» Японии. Кризисные колебания в Соединенных Штатах Америки и Японии вызывают тяжелые потрясения в хозяйстве Канады и Австралии.

В последние годы все более явственно вырисовывается тенденция к росту значения бассейна Тихого океана во всей системе мирохозяйственных связей, к превращению этого региона в важнейший центр экономической активности современного капитализма. Одновременно в самом регионе происходят процессы углубления международного разделения труда и вытекающего из него роста хозяйственной взаимодополняемости стран. Эти объективные процессы служат основой разрабатываемых в настоящее время экономическими и политическими стратегами Вашингтона и Токио далеко идущих планов создания Тихоокеанского сообщества. Канаде и Австралии, все глубже вовлекаемым в упомянутые процессы и экономически тесно связанным с США и Японией, отводятся ключевые роли в этом сообществе.

Канада представляет собой важнейшую внешнюю сферу деятельности монополистического капитала США, и прежде всего американских транснациональных корпораций. Нет другой страны в мире, от связей с которой в такой степени зависело бы функционирование всего экономического организма американского капитализма. На Канаду приходится более 1 /5 всех капиталовложений США за рубежом (в ней размещено 44,5 млрд. долл, из общей суммы прямых частных инвестиций США за границей, составлявшей на конец 1982 г. 221,3 млрд. долл. 10) и примерно 1/5 американского экспорта.

В свою очередь в Соединенных Штатах сосредоточено более половины канадских заграничных капиталовложений. На них приходится около 70 % внешнеторгового оборота Канады. Взаимозависимость и взаимопроникновение хозяйств двух стран не имеют параллелей в капиталистическом мире. Канадская экономика глубоко интегрирована с американской. Процесс североамериканской (американо-канадской) экономической интеграции протекает уже на протяжении многих десятилетий. Его формы, прежде всего отсутствие политической интеграционной «надстройки», отличаются от интеграционной «модели» ЕЭС, но по глубине фактической интеграции Северная Америка далеко опережает Западную Европу. От дальнейшего развития североамериканской интеграции в большой степени зависят позиции США в мировой капиталистической экономике.

Американские монополистические круги уже давно выдвигают идею создания «единой континентальной североамериканской экономики». Если первоначально апологеты «континентализма» включали в североамериканскую интеграционную сферу США и Канаду, то в последнее время в качестве вероятного участника интеграционного процесса называется также Мексика. Не останавливаясь на декларациях о желательности «экономического сплочения Северной Америки», Вашингтон прилагает активные усилия, чтобы теснее привязать канадское и мексиканское хозяйства к американскому. Показателен в этом отношении выдвигавшийся президентом Рейганом план создания «общего энергетического рынка» в Северной Америке (он был отвергнут правительствами Канады и Мексики).

Важнейшим фактором, определяющим положение Канады в мировой политике, являются ее тесные политические и военно-стратегические связи с США. Канада — член НАТО. Ее вооруженные силы, весь ее значительный военный потенциал тесно связаны с военной машиной США. Страна входит в американскую систему «обороны Северной Америки». Само географическое положение Канады предопределяет то, что глобальное ракетно-ядерное столкновение, если бы таковое вспыхнуло, неизбежно имело бы для нее катастрофические последствия. Самоочевидность этого используется, в частности, канадскими сторонниками «континентализма» для навязывания канадцам представления о «предначертанной общности судьбы» США и Канады, для обоснования «закономерности» следования Оттавы за Вашингтоном в важнейших международных вопросах.

В последнее время в Канаде, в том числе среди кругов, определяющих ее внешнюю политику, эта концепция, на деле означающая отказ от национального суверенитета в такой важнейшей сфере, как внешнеполитическая, все чаще подвергалась сомнению. Предпринимавшиеся канадским правительством попытки «дистанцироваться» от Соединенных Штатов, его отказ от некритической поддержки линии США (последние проявления этого — выдвижение премьер-министром П. Трюдо в ноябре 1983 г. ряда конструктивных предложений об ограничении гонки ядерных, ракетно-космических и обычных вооружений и провозглашение им в феврале 1984 г. необходимости строить отношения между Востоком и Западом «на принципах недопустимости ядерной войны») приобретают в современных условиях особое значение. Это связано с важной ролью Канады в НАТО, ее участием в делах Европы (в частности, Канада участвовала в хельсинкском Совещании по безопасности и сотрудничеству в Европе, Мадридской встрече государств — участников совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, в переговорах в Вене о взаимном сокращении вооруженных сил и вооружений в Центральной Европе).

Необходимо подчеркнуть, однако, что сложившаяся структура взаимоотношений с США в военно-политической области ограничивает свободу действий Канады на мировой арене и возможность принятия ею самостоятельных политических решений по кардинальным вопросам. Эта свобода оказывается особенно ограниченной в условиях обострения международной напряженности.

Но для Канады проблема взаимоотношений с могущественным южным соседом — это нечто большее, чем ущемление национального суверенитета и пребывание в «политической тени» США. Вырисовывается угроза самому ее существованию как суверенного государства. Эта угроза (в 1980 г. генерал-губернатор Канады Э. Шрейер, открывая очередную сессию парламента, ставил вопрос о том, будет ли существовать Канада через десять лет II) связана прежде всего с обострением национальных противоречий. В стране сложились две нации — англоканадская и франкоканадская. Однако экономическая и политическая структура Канадской конфедерации основана на неравноправии франкоканадцев. В этих условиях усиливается сепаратизм в провинции Квебек, где они составляют подавляющее большинство населения.

В американских научных и политических кругах активно обсуждается возможность и вероятность присоединения к США англоканадских провинций в случае выхода Квебека из Канадской конфедерации. В отделе политического планирования госдепартамента было подготовлено секретное исследование о франкоканадском национализме. Оно включая в себя разработку «сценария» поглощения «английской Канады» Соединенными Штатами Америки 12. Следует отметить, что во влиятельных политических кругах Оттавы существует твердо укоренившееся мнение, что Канадская конфедерация не переживет отделения Квебека, что в этом случае англоканадские провинции будут «интегрированы» в США 13-14.

Монополистический капитал Канады получает немалые выгоды от сотрудничества с американским капиталом во всей североамериканской экономической сфере. Внушителен объем канадских инвестиций в США. Велика степень переплетения и сращивания капиталов двух стран. Канадские монополисты, среди которых велико влияние сторонников «континентализма», в конечном счете не слишком озабочены проблемой экономической (да и политической) самостоятельности. Они главным образом стремятся к более выгодному для себя разделу прибылей со «старшим партнером».

Мелкая же и средняя буржуазия видит в дальнейшей экспансии американских монополий прямую угрозу своим жизненным интересам, существованию своих предприятий и требует принятия мер по ограничению этой экспансии (прежде всего установления контроля над деятельностью иностранных, т. е. главным образом американских, компаний).

Но основной силой, выступающей за сохранение экономической самостоятельности, являются широкие народные массы страны, видящие в этом неотъемлемое условие укрепления национальной независимости. Выражая их настроения, XXV съезд Коммунистической партии Канады (1982 г.) призвал к борьбе против засилья в канадской экономике транснациональных, и в первую очередь американских, монополий, за упрочение национальной независимости 15.

Политическим проявлением растущего сопротивления внутри Канады, в том числе среди части правящих кругов, подчинению страны США служит политика «канадиза- ции». Основная ее цель — уменьшение влияния США в экономической и политической жизни Канады. Эта политика пока не привела к серьезным сдвигам в американоканадских отношениях. Но она вызывает недовольство и тревогу монополистических кругов Соединенных Штатов Америки.

Взаимозависимость, взаимопереплетение и взаимопроникновение американского и канадского хозяйственных комплексов продолжают усиливаться. Это объективный процесс. Но его влияние на взаимоотношения двух североамериканских стран будет определяться ке только экономическими факторами, но и таким важнейшим политическим фактором, как борьба канадского народа за сохранение национальной независимости. Укрепление экономической самостоятельности и национальной независимости — проблема номер один современной Канады.

Австралия, как и Канада, служит объектом экспансии иностранного капитала. К началу 80-х годов общий объем иностранных частных инвестиций на пятом континенте превысил 22 млрд, австрал. долл. 16 При сохранении бывшей метрополией все еще весьма прочных позиций в австралийской экономике происходит неуклонное усиление влияния в ней монополий США. По общему объему капиталовложений на континенте Соединенные Штаты догоняют Великобританию (Австралия была одной из последних важных сфер приложения капитала, где британским монополиям до недавнего времени удавалось сохранять господствующее положение). Общий объем прямых американских капиталовложений в Австралии на конец 1982 г. оценивается в 8,7 млрд. долл. 17 США занимают важное место в австралийской внешней торговле, выступая как главный поставщик промышленных товаров (на них приходится свыше 1/б австралийского импорта).

Но сколь ни важны сдвиги в сфере экономических взаимоотношений Австралии с США и Великобританией, они отступают на второй план по сравнению с процессом экономического сближения этой страны с Японией. Австралия играет главным образом роль поставщика сырья (за ее счет, в частности, покрывается около половины потребностей в сырье тяжелой промышленности Японии), а также рынка сбыта для японской промышленности. В самое последнее время резко возросло значение пятого континента для Японии как источника энергоресурсов, в первую очередь каменного угля, урана, сжиженного природного газа. Японские монополии вообще видят в континенте важнейшую сырьевую, а также энергетическую базу дальнейшего экономического роста Японии. Разработка огромных природных богатств континента определяется прежде всего возможностями сбыта в Японию и осуществляется на базе долговременных японо-австралийских контрактов. С полным основанием можно говорить об усиливающейся «стыковке» австралийского хозяйства с японским.

Японские монополии выдвинули концепцию «Австралия — японская Кэнада»: в их долговременной стратегии стране отводится такая же роль, какую на протяжении многих десятилетий играет Канада по отношению к США. В перспективе японский империализм рассматривает складывающийся экономический комплекс «Япония — Австралия» как стержень «западнотихоокеанской (т. е. японской.— Ред.) интеграционной сферы». Австралия фигурирует также в качестве одного из главных участников в уже упоминавшемся более широком Тихоокеанском сообществе.

Явно обозначившийся переход австралийского континента с его богатейшими сырьевыми и энергетическими ресурсами в экономическом смысле в японскую сферу — явление глобального значения. В нынешних условиях достаточность и стабильность энергетической и сырьевой базы стали важнейшими факторами, определяющими соотношение сил между тремя центрами империализма. От функционирования комплекса «Япония — Австралия» в немалой степени зависят экономические возможности японского центра.

Но характеристика места Австралии в системе экономических взаимоотношений между двумя центрами империализма — США и Японией — была бы неполной без упоминания того чрезвычайно важного обстоятельства, что значительная часть австралийских минеральных ресурсов контролируется американскими монополиями. Они получают большие прибыли от экспорта добываемого сырья в Японию и активно стремятся привязать последнюю к сырьевым источникам континента. Рост зависимости Японии от этих ресурсов по сути дела означает рост ее сырьевой зависимости от монополий США.

Обострение сырьевого и энергетического кризиса, ослабление позиций империализма в развивающихся странах делают Австралию одним из основных надежных источников сырья и энергоресурсов для главных капиталистических держав, одной из важнейших сфер приложения капитала. Монополии этих держав намечают вложить в горнодобывающую, а также обрабатывающую промышленность страны на протяжении текущего десятилетия десятки миллиардов долларов. «...Австралия входит в моду,— писала по этому поводу влиятельная швейцарская газета «Нойе цюрхер цайтунг».— Богатые месторождения полезных ископаемых, главным образом угля и урана, а также дешевая электроэнергия (для выплавки алюминия) объясняют интерес международных концернов. Следует также упомянуть о внутриполитической стабильности и якобы надежной удаленности от очагов мировых политических кризисов. Несколько европейских фирм создали уже в Австралии запасные штаб-квартиры на случай ядер- ной войны в Старом Свете» 18. Борьба между иностранными монополиями за экономический контроль над пятым континентом усиливается. Ее результаты сказываются на всем ходе межимпериалистического соперничества.

Как и в Канаде, широкая экспансия иностранного капитала влечет за собой крайне негативные последствия для национальной экономики, создает угрозу экономической самостоятельности Австралии. Борьба против растущего засилья транснациональных, прежде всего американских, корпораций занимает ключевое место во внутриполитической жизни страны. У. Хэйден, в то время лидер Австралийской лейбористской партии, заявил в середине 1981 г., что Австралия занимает второе место после Канады по темпам перехода экономики под контроль иностранных компаний и что «австрализация» будет одной из главных задач правительства лейбористов в случае их прихода к власти.

Однако вопрос об угрозе экономической самостоятельности не стоит здесь столь непосредственно и однозначно, как в Канаде. За контроль над австралийской экономикой, над сырьевыми и энергетическими ресурсами континента идет упорная борьба между американскими, английскими, японскими, западноевропейскими и местными, австралийскими монополиями, исход которой далеко не предрешен. При этом австралийские монополии обладают большей, чем канадские, свободой маневра, возможностями играть на противоречиях между конкурирующими друг с другом монополиями главных капиталистических держав.

В политической и военно-стратегической системе современного империализма положение Австралии определяется прежде всего ее теснейшими связями с США. Австралия — член военного блока АНЗЮС (в его состав входят США, Австралия и Новая Зеландия). На протяжении всего послевоенного периода австралийская внешняя политика базируется на «союзе с Америкой». На практике это выражалось в том, что в важнейших международных вопросах Канберра следовала за Вашингтоном. Этот противоречащий национальным интересам курс, в частности, привел Австралию к участию в американской агрессии во Вьетнаме. Находившееся у власти с середины 70-х годов до начала 1983 г. либерально-аграрное правительство М. Фрейзера проводило линию на расширение политического и военного партнерства с США, укрепление АНЗЮС. Пришедшее ему на смену лейбористское правительство, не ставя под вопрос союзнические связи с США, тем не менее выступает за большую самостоятельность Австралии на мировой арене.

Австралия занимает видное место в военно-политической стратегии империализма. Австралийский континент с расположенными на нем американскими коммуникационными и военно-космическими базами — важнейшее звено в глобальной стратегической системе США. В самое последнее время, взяв курс на усиление своего военного присутствия в Индийском океане, Вашингтон отводит особую роль американским и австралийским базам на западном побережье континента.

Учитывая большой экономический и весьма значительный военный потенциал Австралии, американский империализм ориентируется на то, чтобы «передоверить» своему младшему партнеру значительную часть «ответственности» в азиатско-тихоокеанском регионе. В политико-стратегических расчетах Вашингтона Австралии отводится здесь роль второго (после Японии) союзника США.

Но роль Австралии в мировой политике в настоящее время определяется не только ее взаимоотношениями с главными капиталистическими державами или же местом ее в их политике и стратегии, но во все большей степени собственными интересами австралийских правящих кругов. Австралийский империализм выступает (прежде всего в азиатско-тихоокеанском регионе и в бассейне Индийского океана) как самостоятельная сила, интересы которой не всегда и не везде совпадают с интересами и целями США, Японии и других империалистических держав. Австралия, в частности, претендует на роль лидера Океании — региона, который занимает около 1 /17 поверхности земного шара и стратегическое значение которого в ракетно-ядерный век неуклонно возрастает. Усиливающаяся экономическая и военная интеграция Австралии и Новой Зеландии — важнейшего государства Океании — выступает как фактор, подкрепляющий эти претензии. Астралия вообще рассчитывает в какой-то мере заменить бывшую «владычицу морей» в одном из важнейших с точки зрения империалистических геостратегов районов — на стыке Индийского и Тихого океанов.

В целом Австралия, экономически более слабая, чем Канада, обладает сравнительно большей самостоятельностью и свободой действий в экономическом и политическом плане, менее жестко привязана к лидеру империалистического лагеря — Соединенным Штатам. Сближение с Японией выступает пока еще не как «ограничитель», а как фактор, расширяющий австралийские возможности.

Канада и Австралия играют все более заметную роль в важнейшей сфере мировой политики — взаимоотношениях государств двух противоположных общественно-политических систем. При этом, однако, их конкретные политические линии, позиции весьма отличаются друг от друга.

Канада с начала 70-х годов в целом (за исключением краткого периода пребывания консерваторов у власти в 1979—1980 гг.) демонстрировала заинтересованность в улучшении отношений с Советским Союзом. Она выступала за предотвращение военной конфронтации между СССР и США, между НАТО и Организацией Варшавского Договора, за разрядку. В условиях обострения международной обстановки в начале 80-х годов Оттава в важнейших международных вопросах, в конфликтных ситуациях, несмотря на колебания и непоследовательность, объясняющиеся прежде всего положением Канады в рамках американо-канадского политического и военного «партнерства», занимала, как правило, сдержанную и реалистическую позицию. Показательно, что в Отчетном докладе ЦК XXVI съезду КПСС отмечалось: «Немалые резервы есть и для развития отношений с Канадой. И дверь для дальнейшего расширения сотрудничества с ней, как и с другими капиталистическими государствами, будет и впредь открыта. Сотрудничества самого широкого — с правительствами, парламентами, деловыми кругами, деятелями культуры, общественными организациями» 19. Продолжение этой традиции Советско-канадских отношений зависит теперь от нового правительства страны.

Канберра во время пребывания у власти правительства М. Фрейзера проявляла исключительную активность, поддерживая агрессивную линию администраций Картера и Рейгана, направленную на подрыв разрядки. Это правительство участвовало во всех антисоветских кампаниях, которые организовывались Вашингтоном по тому или иному поводу. Его внешнеполитическая деятельность была в последние годы заметным деструктивным элементом во взаимоотношениях государств двух систем. С приходом к власти в марте 1983 г. лейбористского правительства наметились некоторые позитивные изменения во внешнеполитическом курсе Австралии.

Канада и Австралия являются важными компонентами глобального соотношения сил. В современном мире они, взятые вместе, с учетом экономических, политических и военно-стратегических факторов вполне сопоставимы по значению с их бывшей метрополией — Великобританией. Рывок вперед, который совершили за послевоенный период Канада и Австралия,— конкретное проявление ленинского закона неравномерности экономического и политического развития.

Рост экономической базы канадского и австралийского капитализма, расширение политических и военных возможностей двух этих государств способствуют сохранению тенденции к дальнейшему усилению их роли в мировой экономике и политике.

Следующая глава: Глава II Основные Тенденции Экономического Развития Австралии

  • Просмотров: 313

twitter 256

   

 

 

 

Рейтинг@Mail.ru

 

 

 

Copyright © 2013-2017 Aussie Tales - Австралийские Истории (Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.)